Category: политика

Category was added automatically. Read all entries about "политика".

ЖгиГуляй

О культуре наконец-то!!! или о политике?

"Ладно. Столько воплей по поводу этой истории, что вот вам она из первых рук. Наш товарищ режиссёр Андрей Комаров придумал к нашему 50летию красивую затею - фильм, состоящий из 10-15 новелл, каждая на основе какой-то нашей песни, каждая сделана отдельным режиссёром. Не набор клипов, а маленькие фильмы. И многие прекрасные режиссеры согласились. Проект поддержали в Управлении президента по общественным проектам (вот документ), Мединский (на словах) сообщил, что он не против. Закончилось всё действительно на Любимовой (она заведовала кино в минкульте). Была ли произнесена сакральная фраза про врагов - не знаю, не присутствовал, но если была (а присутствовавшие утверждают, что была), то будущий министр записал во враги не только "Машину времени" (мы-то ладно, можно подумать,нам минкульт вообще когда-то деньги давал), но и ведущих российских кинорежиссёров - Лунгина, Тодоровского, Митту, Сегала, далее по списку. Неудобно вышло.
Но как же ботики опять зашевелились, как кинулись на защиту нового министра! Молодец, что Макаревича умыла - он же предатель, для фашистов поёт! Я уж думал, у них финансирование кончилось..."

Прямая ссылка https://www.facebook.com/photo.php?fbid=3366247120058774&set=a.753332208016958&type=3&theater
Опорос пилить лень. Высказывайтес!
ЖгиГуляй

Политическая угадайка

Кто и когда сие изрек?
"Русский либерал теоретически не признает никакой власти. Он хочет повиноваться только тому закону, который ему нравится. Самая необходимая деятельность государства кажется ему притеснением. Он… завидит на улице полицейского чиновника или солдата, и в нём кипит негодование. Русский либерал выезжает на нескольких громких словах: свобода, гласность, общественное мнение…слияние с народом и т.п., которым он не знает границ и которые поэтому остаются общими местами, лишёнными всякого существенного содержания. Оттого самые элементарные понятия — повиновение закону, потребность полиции, необходимость чиновников — кажутся ему порождением возмутительного деспотизма…"
КДПВ
ЖгиГуляй

Прастити, но здесь ваще никак

Однажды Георгий поставил пост про Великую Отечественную, и лёг в засаде с винтовкой. "На такое-то либералы точно придут, - подбадривал он себя. - Такой подкорм, да Господи ты Боже мой. Приманка обалденно жирная. Они не удержатся, сто процентов. Запах обычно за два километра чуют. А мож, даже стадо появится целое. А вдруг?".

Пока он мечтал, из кустов выбежал антисемит. Георгий жутко удивился. В его угодьях это достаточно редкий зверь. Нервный, но толстый, подрагивающий налитыми боками. Некоторое время они молча смотрели друг на друга.
- Это Моссад, протоколы сионских мудрецов, и проплачено Тель-Авивом! - зарычал антисемит, охаживая себя хвостом по бокам. - Шекели зарабатываешь, продажная шкура!
[Паткат]
Георгий саданул ему между глаз. Антисемит завалился на бок, стеная что-то по поводу евреев, захвативших весь мир. "Мда, - расстроился Георгий. - Теперь либерал точно не придёт". И тут луна высеребрила дорожку среди деревьев. Прядая ушами, там робко стоял молодой либерал, нежный, как бараньи рёбрышки на гриле. Он переступал тонкими копытцами, не решаясь пройти вперёд. Георгий опустил винтовку, и залюбовался. Боже, самый настоящий. Какой красавец. Длинный язык, карие глазки. Хороша порода.

- Госдееееп! - раздался рёв из чащи, и Георгий вздрогнул. Либерала моментально обступило стадо мощных, упитанных лоялистов - особей шесть. Они ревели, глядя налитыми кровью глазами, угрожающе нагибая рога, и стало ясно - либералу не уйти. Лоялисты обступили его кругом, раздувая ноздри. Они очевидно жаждали крови.
- Бе-бе-берияяя...Ссссталиииин….Гууулаааг…- тоскливо и тягуче заблеял либерал, и Георгию стало его жалко.

"Порвут же нахуй" - подумал Георгий, глядя на лоялистов. - "Эвон, какие голодные. Небось с неделю либерала не ели, а то и больше. Шкурку порвут, мясо растащат по логовам. А это молодняк. Следующей зимой валить будет некого". Он щёлкнул затвором, стирая ветку разговора. Либерал исчез. Лоялисты зарычали, и начали в ахуе оглядываться. Один поднял копыто, и истово перекрестился на ёлку.

"Спас живое существо" - с удовольствием подумал Георгий. - "Потом грехи простятся". Грехов у Георгия было столько. что следовало спасать полную страну (скорее всего, Китай или Индию) либералов, но он любил обманываться. Лоялисты злобно ушли, вертя головами, но следом за ними с самого края леса появился ещё один. Он был зол, шерсть свалялась, глаза красные. "Бешеный" - подумал Георгий, и не ошибся. Лоялист заревел, что этот пост опасный и Георгию следует соображать. И бросился вперёд. Георгий потратил три патрона, пока тот наконец не пал на колени, и не замер прямо перед дулом винтовки. По спине Георгия пробежал холодок. "Фигасе" - хмыкнул Георгий. - "А таких ебашить-то тоже прикольно. И шкура какая. Шубу можно сшить или чего ещё. Небось не в Африке живём".

Он думал, что на поклёвку слетятся украинцы, но они тоже не появлялись. А ведь когда-то одним выстрелом Георгий укладывал пятерых. "Прав Гринпис" - расстроился Георгий. - Вот бил всех, не целясь, навскидку и влёт - расхлёбывай, блядь, теперь. Это ж как рыбу динамитом глушить. Чо за лес? Ни либералов, ни украинцев. Хотя лоялисты тоже ничего. Зря недооценивал". Он завалил ещё пять лоялистов. Те шли по проторённой тропинке, и грозно ревели, обвиняя госдеп, сионистов и Георгия, продавшегося госдепу и сионистам. "Небось и мясо хорошее" - сублимировал Георгий. - И супчик, и котлеты. Зажрался я с этой мелкой и изящной дичью. А лоялист чо - не зверь, что ли? Да ещё какой зверюга. Мех, мясо. Шкварок нажарю".

- А почему мой пост удалили? - донеслось робкое блеяние. На дорожке опять стоял либерал. Привлечённые острым запахом либерятинки, из леса тут же показались оголодавшие лоялисты - во тьме заблестели глаза, как у волков. Георгий умилился. "Нет, - решил он. - Пусть живёт". Он выстрелил поверх головы, и либерал, крича "Гулааааг!" унёсся вскачь. Лоялисты проводили его взглядами, не сулившими ничего хорошего. Георгий не стал думать о нарушении пищевой цепочки. Ему хотелось быть добрым. Он ободрал шкуры лоялистов, и собрался домой.

- Здорово, сосед! - раздался женский голос. - Что, совсем охоты не было? Понимаю, что поделаешь. У вас в Москве разве ж угодья? Вот у нас во Владивостоке, одного либерала завалишь - так еще сорок бежит, один другого жирнее. Ты бы к нам выбирался охотиться, что ли.
Георгий повернул голову, и увидел Диану Удовиченко, перепостившую его текст. Она ехала наверху воза, забитого дичью. Там были и нежные либералы, и когтистые украинцы, и просто какие-то неведомые Георгию существа. Георгий испытал сильную зависть к угодьям Дианы.

- Да я что-то...знаешь вот...молодость решил вспомнить, - пролепетал он. - Лоялист-то он для хозяйства лучше. Качественный, прямо скажем. А либерал - чего там есть? Один язык да лапки. На шубу их сто двадцать надо. Так что не, это я так, развлекаюсь. Сам не хотел. А так у нас либералов-то - пачка за каждым кустом. Ну, бывай.

Диана посмотрела на Георгия с жалостью, и поехала дальше. Георгий потащился домой, предвкушая суп из лоялистов. Мясо оказалось жёстким, и отдавало квасом.

Георгий давился, но ел.

(с) Zотов